Сами по себе темпы восстановления впечатлили не только Митрофанова, но и Ярослава, однако в отличие от деревенского печника, городской детектив никакого особого чуда в этом не увидел. Были бы деньги. При желании и соответствующем материальном стимулировании за месяц и не такое можно соорудить. Но в любом случае с владельцем дворца следует разобраться. Скорее всего, это он со своими подручными чудил в ночном лесу.

— Ладно, пошли, — предложил Ярослав, поднимаясь с крыльца. — Узнаем, кто в том тереме живет.

Аполлон выразил горячее желание сопровождать детектива, Ходулин же впал в унылую задумчивость. Пока приятели шли по селу, он не проронил ни единого слова, предоставив Кравчинскому возможность выражать восхищение народным творчеством.

— Поэму напишу, — пообещал Аполлон. — Нет, лучше роман. Это такой сюжет! Граф, восставший из гроба, и императрица, пожелавшая навестить своего фаворита через двести лет после смерти. Это же, брат, такой идиотизм, который далеко не каждому писателю в голову придет, даже если этот писатель с богатым постмодернистским прошлым и настоящим. Какие все же таланты у нас по деревням пропадают от неумеренного потребления горячительных напитков.

Дворец был виден издалека. Облитый солнечным светом, он беззастенчиво демонстрировал миру кричащую роскошь давно ушедшего мира. Забора вокруг сооружения не было. То ли Митрофанов приврал, то ли ограждение успели убрать. Собаками экскурсантов никто, похоже, травить не собирался. Во всяком случае, они без помех поднялись на невысокий холм и медленно побрели по широкой аллее, любуясь фонарями, установленными через каждые десять шагов.

— Деньжищ, однако, нувориш вбухал сюда немало. — Аполлон покачал головой. — В таком дворце только императриц принимать.

Детектив с поэтом был согласен. Даже крыльцо в этом двухэтажном здании хозяин отделал мрамором, как в метрополитене. Белые колонны были такой толщины, что и вдвоем не обхватишь.