— Ну что, пошли? — Ярослав обернулся к своим спутникам.

— Ты совсем очумел. Ярила! — зашипел рассерженным гусаком Кравчинский. — Спалит он нас всех к чертовой матери, этот огонь неугасимый. Или инопланетяне сделают из нас подопытных кроликов.

— А говорил — уфолог, — рассердился на перетрусившего Аполлона Егорыч.

— Уфолог или не уфолог, но уж точно не самоубийца, — огрызнулся поэт.

Кузнецов осторожно, стараясь не наступать на предательски потрескивающие сучья, двинулся вперед. К сожалению, для городского жителя неслышная ходьба по лесу проблема неразрешимая, тем более что свет, озаривший было всю округу, неожиданно померк и съежился до двух небольших светлячков, призывно подмигивающих из темноты.

— Фары включили, гады, — пропыхтел за спиной Ярослава Кравчинский. — Заманивают неосторожных путников.

Аполлон был прав. Во всяком случае, свечение впереди ничего загадочного собой не представляло. В довершение всех неожиданностей вдруг заурчал двигатель, весьма напоминающий по звуковым параметрам вполне земной автомобильный. Ярослав ускорил шаги и, выйдя из зарослей на небольшую поляну, остановился, страшно разочарованный открывшимся зрелищем. Это действительно была машина, причем легковая, марки которой он разглядеть не успел. Причиной тому оказалась темнота, а также скорость, с которой этот, с позволения сказать неопознанный объект скрылся из поля его зрения. Скрылся, между прочим, самым примитивным способом, дав, что называется, по газам. Ярослав не сдержал эмоций, а Кравчинский глупо хихикнул в ответ на его расстроенное «Вот же блин!» Сколько было переживаний, сколько ожиданий, и вдруг все закончилось самым прозаическим образом. Возможно, сто лет назад появление в этих местах легкового автомобиля и сочли бы чудом, но по нынешним временам такая обыденность способна удивить разве что Егорыча, все ходившего по полянке и зачем-то принюхивавшегося к следам, оставленным железным конем, пришедшим на смену крестьянской лошадке.